Каждая неудачная попытка построить значимые отношения с другими людьми - не обязательно романтические - помогала мне «отточить» то, что для меня является решающим фактором в таких отношениях, по крайней мере, в течение последних тридцати лет. Основными возможными факторами являются интеллектуальная, эмоциональная, культурная, религиозная и духовная совместимость.
Две недавние неудачные попытки построить отношения с двумя людьми, которые были интеллектуально совместимы, но духовно несовместимы с мной, окончательно убедили меня в том, что для меня решающим фактором является именно духовная совместимость, то есть наличие более или менее одинакового состояния сознания.
Что я имею в виду под «состоянием сознания» в более конкретном смысле? Для меня это степень присутствия, или то, насколько человек укоренен в настоящем моменте, который является единственной реальностью во времени. Это все еще звучит слишком абстрактно? Я вынужден с вами согласиться. ;-)
У человек, который укоренен в настоящем моменте, обычно наблюдаются следующие межличностные черты в произвольном порядке:
- Он обладает эмпатией и/или состраданием.
- Он внимательно вас слушает, не пытаясь перебить и/или дать совет.
- Он обращает внимание на мелкие внешние и внутренние изменения в вас.
- Он сохраняет внутреннее равновесие (или השתוות на иврите), то есть ему все равно, независимо от того, «плохо» ли обстоят дела или даже «хорошо».
Когда я еще был пленником собственного разума (и не осознавал этого), у меня не было ни одной из этих четырех черт. Как бывший пленник, я сам выделил в этой в душевной тюрьме следующие три основные камеры:
- ту, где пленники сожалеют о прошлом
- ту, где пленники беспокоятся о будущем
- ту, где пленники воспринимают реальность в настоящем моменте через концептуальные ярлыки
С тех пор как я освободился из этой тюрьмы, мне стало очень трудно построить значимые отношения с теми, кто пока находится в этой в душевной тюрьме, потому что мне кажется, будто они обращаются к тому, что для меня выглядит как иллюзия.